Истории черные отвратительные

В одном замечательном городе Ж, в одном из районов, застроенных частными домами, в одном из таких одноэтажных халуп жила-поживала бабушка божий одуванчик. И все бы ничего, но было у нее одно увлечение, хоббя по-русски, кошечек она очень любила, не в том смысле, что умела их хорошо готовить, а просто обожала, всячески их обхаживала, кормила, ласкала, у себя жить оставляла. И за пару лет такой страстной любви к животным набрался у нее целый мяукающий хоровод, который на радость бабуле плодился и размножался прямо у нее в "хоромах". Все соседи потихоньку злились на ночные представления и изнывали от выедающего глаза запаха, которым благоухала прилегающая к питомнику территория. Но сделать ничего не могли - на увещевания старушка не реагировала, а на мордобой руки и ноги не поднимались. На счастье в общем дворе появился новый сосед - военный в отставке, любящий порядок, уставные отношения между соседями и их питомцами и не терпящий ущемления его святого права на сон и свежий воздух. Пару раз бабуле отдавалась команда "очистить территорию от паразитов", на

В терапевтическое отделение одной из петербургских клиник доставляют нового пациента. Пациент этот был, безусловно, личностью примечательной: природа наделила его весьма и весьма крепким телосложением, высоким ростом, квадратной челюстью и бритым затылком. Можно предположить, что означенный гражданин не боялся в этой жизни многих вещей, от которых любого другого человека наверняка сковал бы панический ужас, однако в силу того, что он страдал самым что ни на есть банальным геморроем, одно лишь слово "клизма" ввергало его в предынфарктное состояние. А именно эту самую клизму ему и предстояло перенести перед вечерним отходом ко сну, поскольку рано утром врачи прописали ему проктоскопию - пренеприятнейшую процедуру, подразумевающую исследование прямой кишки через, пардон, задний проход. Когда медсестра при помощи разнообразных уговоров и угроз попыталась завлечь пациента в процедурный кабинет для проведения экзекуции, больной мертвой хваткой вцепился в свою койку и заявил, что на клизму он согласится только в том случае, если единственной возможной альтернативой будет расстрел. Перепалка продолжалась приблизительно с полчаса, после чего стороны пришли к компромиссному соглашению: вместо клизмы пациент примет ударную дозу слабительного и к утру организм сам собой достигнет требуемого послеклизменного эффекта. Утром в отделение примчался доктор и сходу накинулся на медсестру с расспросами о том, все ли подлежащие клизмированию больные должным образом подготовлены к предстоящей процедуре. Честная медсестра ответила, что один пациент согласился на клизму только под общим наркозом, а сама она - хрупкая беззащитная женщина и потому не намерена воевать с эдаким гибридом Силивестра Сталлоне и бульдозера. Возмущенный врач заявил, что на часах уже, между прочим, девять утра, его ждут в приемной студенты-практиканты, а на отделении в

Школьный выпускной. Молодой человек, который в жизни ничего не пил. Он так обрадовался этому знаменательному событию, что пил все, со всех столов, все подряд. Результат не заставил себя долго ждать - через полчаса он лежал щекой в большой луже недопереваренных салатиков и бутербродов на подоконнике у открытого

Фарш, фарш... Говорил ему, что фарш в морозилке, его оттаивать надо. Друг мой Витя не без пафоса ответил известной цитатой, что, мол, капустка хорошо, но в доме надо держать и мясные закуски. Пошел на кухню хозяйничать. Я и не смотрел, чем он там занимается. Витя домовитый - сам разберется, что где. Процесс идет, с кухни уже вкусно пахнет, Витя то и дело заглядывает, чтобы пропустить рюмочку и сделать волнующее сообщение: "Фарша мало, я добавил побольше лука и хлеба". Все это начинает надоедать, и у меня уже вертится на языке другая известная цитата - жрать, что ли, пришел?! Наконец, Витя предъявляет скромный результат своих усилий - две маленькие котлетки, которые мы и употребили под очередную рюмку. И приходит из школы дочь. Поздоровалась, видит - мужики при делах, и пошла возиться со своим зоопарком. Всякой живности у нас в доме было без счета. Это сейчас осталась одна собака, правда, в шестьдесят кило живого веса, а тогда - рыбки, тритоны, какие-то квакушки. Хомячков и крыс я не считаю. Их не тем кормят. Некоторые уже начинают догадываться. Правильно. Земноводных и рыбок кормят мотылем. Это, если кто не знает, личинки

Откушав чего-то непотребного в студенческой столовой, загремел в инфекционную больницу с диагнозом "острое отравление". В отделении нас было человек восемь, и из всех выделялся балагур Гриша, живой такой мужичок лет сорока. Именно с ним связан смешной и жуткий случай, коему я был свидетелем!. Все началось с того, что в один прекрасный день нам решили сделать гастроскопию. Не буду описывать эту унизительную процедуру, которая может нравиться разве что людям с определенными наклонностями, но без некоторых подробностей не обойтись. Сначала жертве делают клизму (стеклянная пипетка с резиновой трубкой и емкостью), затем минут пять заставляют терпеть усиливающиеся позывы, потом в туалет и, наконец, в лапы к врачу. Врач был почему-то вьетнамец, то ли работал по обмену опытом, то ли что-то еще, неважно.
Я отмучался, и следующим на процедуру пошел Гриша. Вернулся он раньше времени, красный от стыда и давящийся от смеха. С его слов и со слов присутствующих там медсестер удалось восстановить картину произошедшего.
Медсестра вставила Грише клизму, подождала, как положено, пять минут (Гриша еще терпит) и тут увидела,

Моя подруга Зина, получив нехилую премию, отправилась после работы домой. На нужной остановке сошла с троллейбуса, но желудок решил начать революцию, а до дома еще идти и идти. Дорога домой лежала неподалеку от рощи. Ну, Зина не долго думая, зашла туда где потемнее. Сумочку поставила рядышком... Вдруг в самый разгар Зина начинает ощущать, что ее кто-то щупает чуть-чуть пониже спины. Какую бы Вы развили скорость, убегая с этого места? Вот и Зина, забыв про сумочку и набрав крейсерскую скорость очутилась за пределами рощи. Когда остановилась, она вспомнила, что заходила она в лес с зарплатой, а выбегала без оной. Но возвращаться к злополучному месту одной явно не хотелось. Дошла